И Крейцвальд такой молодой

 

И Крейцвальд такой молодой («Этакий мульк»/“Säärane mulk“, реж. Эрго Кульд, Эстония, 90 мин.)

П.И.Филимонов

Я люблю фильмы по классике. Самые разные, по классике самого разного уровня. Притом, как я уже где-то писал, мне кажется, что лучшие фильмы по классике – это фильмы, снятые той страной, откуда классика, так сказать, родом. В этом смысле стремление наших кинематографистов охватить как можно больше произведений эстонской классической литературы похвально как никогда.

На этот раз они дошли, так сказать, до самой что ни на есть сути. Лидия Койдула – едва ли не первый национальный драматург, которая в начале своей карьеры ещё занималась перекладыванием на эстонский лад немецких пьес, но вот как минимум уже в «Этаком мульке» представила публике отдельный, свеженаписанный эстонский материал. И вот эту сверх-классическую пьесу наконец экранизировали.

Эстонская литература не так стара, как её некоторые друге европейские родственницы, и в этом может даже неожиданно скрываться её некоторое преимущество. Тексты не так сильно устаревают. Во всяком случае, коллизии «Этакого мулька» понятны до сих пор, хотя главная мошенническая схема злодейского Энна немного и ускользает от понимания современного зрителя. Но в целом это довольно незатейливая лирическая комедия, где есть приятная, но совершенно бесцветная парочка и целая россыпь колоритных персонажей, как говорят в американской киноакадемии, на поддерживающих ролях. Для пущего смеху – или, напротив, для постмодернизму – режиссёр Эрго Кульд вписал в число действующих лиц истории саму Лидию, которая приехала как раз к своим будущим персонажам погостить да развеяться – этакая дачница – и тут как раз и стала свидетельницей любовно-коммерческой коллизии.

Койдула, конечно, там зря. Она, в основном, ходит со значительным лицом и всячески изображает стокроновую купюру – как будто больше никаких функций у ней не предусмотрено, на развитие истории она никак не влияет, разве что оттеняет её своей несколько аналогичной любовной драмой. Хотя там не всё понятно. Страдает вроде бы она по финскому мальчику, но попутно обнимается с русским военным (конечно, красивым и здоровенным), а под конец вообще заявляет, что замуж – это не её. Самым смешным вставным эпизодическим персонажем, конечно, выставлен наш фольклорист, отель и улица Крейцвальд. Оказывается, он тоже, как бы это сказать, не прочь отведать койдулиного тела, несмотря на свои – в фильме – восемьсот сорок пять лет. Старческую страсть можно показывать сочувственно, а можно безбожно высмеивать. Молодые авторы фильма выбирают более естественный для себя второй путь.

А основная история развивается по тексту, актёры – те, кому достались характерные роли – наслаждаются как могут, молодые вздыхают и умильно глядят в камеру – ничего лишнего, ничего выдающегося.

Но отечественную классику надо знать, и учителя эстонской литературы получили теперь ещё один повод спрашивать с детей знание сюжета всем известного произведения.