Искусство провокации

Искусство провокации

("Ученик", реж. Кирилл Серебренников, Россия, 118 мин.)

П.И.Филимонов

Есть несколько разных видов нейм-дроппинга. Первый вид – просто в компании в процессе какого-либо разговора в проброс называть никому из присутствующих не известные имена как, допустим, аргументы в споре. Можно, с целью впечатлить присутствующую хрупкую барышню пятидесяти с гусем лет, вдруг внезапно, когда ничто, казалось бы, не предвещало подобного развития событий, выдать историю, начинающуюся фразой «вот когда мы в Таллинне бухали с Летовым». Наконец, есть мой любимый вид. Примазываться к калашному ряду ничего не подозревающих известных людей со своим свиным рылом.

Так вот. Мы с Кириллом Серебренниковым, как мне кажется, одинаково понимаем искусство. Во всяком случае, одну из его функций. Избегая использовать ко отношению к этой тонкой материи слово «должно», скажу более витиевато: нередко искусство предстаёт в выигрышном свете за счёт провокации. Провокационный текст, да, вызывает из ада зловонные тучи дельфи-комментаторов, но, как минимум, не оставляет читателя равнодушным. Провокационное интервью приводит к тому, что неприятные тебе люди, которые до того общались с тобой исключительно из чувства приличия, и сразу было понятно, что какие-то абразивные материалы у них там, за пазухой, припасены, достают их, проявляют своё истинное лицо и – каламбур намеренный и элегантный – больше не достают тебя. Провокационный фильм вызывает разговоры, фейсбуко-срач (извините меня за дар предвидения) и анафему со стороны патриарха Гундяева.

Фильм Кирилла Серебренникова «Ученик» - провокационный. Я, честно говоря, очень надеюсь, что его посмотрит как можно больше русскомирцев, крымнашевцев и прочих «антифашистов». Я уже писал в одном из предыдущих обзоров, что в целительную силу искусства я не верю совсем, от слова «вообще», но то, что людям периодически нужно смотреть в зеркало – неоспоримый факт. Я думаю, что Серебренникову перекроют в России какие-нибудь очередные краны после этого кино, но он знал, на что шёл. Если коротко – фильм антиклерикальный. В самом классическом понимании этого слова. И антиклерикальность дана там через художественный приём, через доведение до абсурда. Давно известно, что, если заставить дурака молиться богу, он себя покалечит. Вениамин, главный герой «Ученика» (в экспрессивном исполнении Петра Скворцова) – не дурак. Далеко не дурак. Именно поэтому он калечит не себя, а исключительно окружающих. В какой-то момент просмотра даже можно усомниться, а не игра ли всё это, а не есть ли это просто подростковый развод окружающих на внимание, на лидерство, на чувство собственной значимости? Может быть, оно даже так и есть, не это важно. Важно то, что сам Вениамин не может остановиться. Если изначально это, к примеру, и была игра с целью, ну допустим, трахнуть симпатичную одноклассницу, то вот, казалось бы, он всего добился, как у классика, пришли и сами попросили, но нет – он воротит рыло и продолжает свой крестовый поход. (Нет? Нельзя в рецензии использовать слово «трахнуть»? Да что вы говорите!) И ещё важно, как на эту религиозную эскападу Вениамина реагируют взрослые. Фильм-то, как кажется нам с Кириллом Серебренниковым, не о Вениамине вовсе. Он о взрослых. О таких взрослых, которые живут в наших широтах во втором (уже! как время-то летит!) десятилетии двадцать первого века. О таких взрослых, в подкорке которых сидит, сидит знание о том, что Россия – нынче страна уже не совсем, говоря откровенно, и светская, что Самый Главный Россиянин с прозрачными глазами в год по два-три раза крестится им в экран из какого-нибудь храмешника, что Вениамин может быть и ненормальным, но поди ты знай, вдруг это новые веяния, лучше подстраховаться. Тем более, эта – она всё равно еврейка. А когда в России (не только, да, но мы сейчас о ней, увы) еврей имел хоть какой-то шанс в противостоянии с господствующей не обязательно религией даже, просто государственной мыслью?  

Провокация удалась бы Серебренникову на все сто, если бы не исполнительница главной женской роли. Виктория Исакова, на мой взгляд, в фильме провалилась. Психолог в её исполнении пучит  большие красивые глаза, иронично улыбается и иногда срывается на крик. Как-то не убеждает, честно говоря. Не убеждает, что она серьёзно, что ей всё это надо, что её всё это мучает, гнетёт и гложет. Нет достойного соперника методично подчиняющему себе действительность Вениамину. С другой стороны, может, его и правда нет? Страшно, православные!    

Жизнь как не удавшаяся голая вечеринка

Жизнь как не удавшаяся голая вечеринка

П.И.Филимонов

"Тони Эрдманн" (Германия-Австрия, реж. Марен Аде, 162 мин.)

В фильме немецкого режиссёра Марен Аде «Тони Эрдманн» подкупает то, что, пожалуй, с момента просмотра линклейтерсовского «Отрочества», это наиболее приближённый к реальной жизни фильм.  Все эти бизнес-совещания, подготовка и презентация проектов, тайные сепаратные договорённости – я, конечно, всего этого не знаю, но впечатление оно производит очень достоверное. Отчего-то (возможно, от незнания реалий) кажется мне, что крупный международный бизнес именно так и делается. Что касается вечеринок и афтер-пати, посвящённых подписанию всяческих контрактов и просто организации свободного времени, то это я даже переживал в каких-то своих ипостасях, и снова  нет тут никакого противоречия с воспоминаниями о реальности. И вот в эту кажущуюся вполне реальной жизнь измученной румынским «Нарзаном» бизнес-леди Инес врывается её отец Винфред, которому, по большому счёту, непонятно, что надо. Скорее всего, просто внимания. С женой он, как мы узнаём из экспозиции фильма, развёлся и не сильно общается. Круг его общения дома, в Германии, составляет его престарелая и, кажется, пребывающая в деменции матушка и опять-таки очень старая собака.  Дочь, видимо, уже довольно давно уехала из дома делать карьеру, которая и занесла её теперь в консалтинговую фирму в Бухаресте. Инес, как кажется, сознательно положила довольно значительную часть своей жизни именно на то, чтобы вырваться из радиуса действия своего чудаковатого отца. У которого есть один маленький секрет. Блажь, причуда, профессиональная аберрация. Отец работает приглашённым клоуном, аниматором в разнообразных затрапезных организациях своего родного городка (школа, дом престарелых и тому подобное). Мы не знаем, видал ли он лучшие времена, возможно, когда-то он был мегавостребованным стенд-ап комиком или там мимом, способным затмить Леонида Енгибарова и Марселя Марсо, вместе взятых. Всё это остаётся за кадром. И слава богу, скажу вам я, фильм и так идёт 160 минут. Если бы впихнуть туда ещё предысторию отца, вообще неизвестно, вышел ли бы я к пятнице из кинозала, в который зашёл в среду. Марен Аде – девушка обстоятельная.

Так вот. Когда Винфред вставляет себе ужасные, купленные в магазине приколов искусственные зубы, он автоматически превращается в своего то ли брата, то ли просто родственника Тони Эрдманна, и это уже совсем другой человек. Тони бесцеремонен, он совершает все светские  faux pas, какие только можно совершить, думаю, что исключительно в силу того, что режиссёр – женщина, Тони как-то ухитряется избегать фекально-генитального юмора. Почему-то вот на сто процентов уверен, что мужчина-режиссёр обязательно пошёл бы по этой дорожке дальше. Во всяком случае, в образ Тони это вписалось бы. Он несносен, он не понимает приличий и ведёт себя, ну, приблизительно как Дональд Трамп, ещё и парик у него тоже впечатляющий. И вот, когда Винфред оказывается не в силах сломать лёд между дочерью и собой, не в силах объяснить ей, что всех денег не заработаешь и так далее, на смену ему приходит Тони. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Не сказать, что фильм, обозначенный как комедия, феерично смешной. Он именно что жизненный, где есть место ровно такому градусу абсурда, который окружает нас в реальности. Великое достоинство Марен Аде – именно это умение удержаться на грани. Вот ещё шаг, ещё полшага туда, в пропасть, и всё туда и сорвётся, будет, не исключаю, гораздо смешнее и гротескнее, но уже не жизненно. Голая вечеринка, которую спонтанно устраивает Инес по случаю своего дня рождения – это тот крайний предел, та грань, до которой обычно и доходят нормальные адекватные (скучные) люди в своих попытках лёгкого петтингового бунта против поглотившего их консьюмеризма и чего там ещё кого из нас поглощает. Никакого хардкора, мы все приличные люди. Да и вечеринка та, в общем, не выдерживает критики, потому что участники начинают натягивать трусы минуты через три после её начала. Они как бы показали себе, что «право имеют», зафиксировались, затэгались, и снова повели нормальную адекватную (скучную) жизнь, из которой их на небольшое время (что тоже характерно) вывел плохой комик Тони Эрдманн.

Мне кажется, что это всё про нас. Про большинство из нас, во всяком случае. Живущих скучно, но периодически ещё пока дёргающихся. Вот если сейчас, читатель этого текста, в тебе поднялась волна возмущения, захотелось написать едкий комментарий о том, что ты не такой, что ты живёшь насыщенной и нескучной жизнью, и какого хрена этот умник тут обобщает, наш нон-конформизм границ не знает и танки наши быстры – в этом случае – этот фильм сто процентов про тебя. Сходи и посмотри его. Он того стоит. Он не изменит твою жизнь, неа, я давно не верю в то, что кинематограф (как и любое другое искусство) на это способен. Но немного отрезвит. Самую малость. Как чашка некрепкого кофе после литра водяры.

    

Очень скромное обаяние

Очень скромное обаяние

"Светская жизнь" ("Cafe Society"), США, 2016, реж. Вуди Аллен, 96 мин. 

П.И.Филимонов

Фильмы Вуди Аллена делятся на комедии и не очень. На те, в которых играет сам Вуди Аллен, и не очень. На знаковые, концептуальные и не очень. На про любовь и не очень. На те, которые стоит смотреть больше одного раза, и не очень. Новый фильм маэстро «Светская жизнь» - не очень по всем вышеперечисленным параметрам, кроме как про любовь. Про любовь там очень и очень. Смешные моменты там, конечно, тоже встречаются, но как-то редко и боковой линией. Фильм – на одну из излюбленных тем автора – жизнь Америки 30-х годов, гламур, гангстеры, Голливуд, светские красавицы. Немножко еврейской темы – куда же без неё. Смешные моменты, как нетрудно догадаться, по большей части, именно с ней и связаны. Это известная старая концепция – иронизировать и издеваться над евреями в приличном обществе разрешается только евреям. Чем маэстро напропалую и пользуется. Но это всё фон, на котором разворачивается история. Достаточно необычно для автора, более лирическая, нежели ироническая, более поэтическая, чем парадоксальная. Такие фильмы в его гигантской фильмографии, разумеется, были и раньше, но в последнее время Аллен всё больше баловал нас ироническими притчами, пусть и о превратности чувств. Здесь иронии, повторюсь, мало. Во всяком случае, не в отношении главного героя. Вернее, она есть, куда же без неё, главный герой в великолепном, на наш взгляд (чего не отнять у маэстро, так это умения вытягивать что-то новое из всем известных актёров) исполнении Джесси Айзенберга так же нелеп, сутул и нескладен, как если бы его играл сам Аллен – много лет назад. Но сама история проста, как мир, и стара, как он же. Молодой человек полюбил необычную девушку, точнее, девушку, показавшуюся ему необычной, девушку, сознательно пошедшую на то, чтобы показаться ему необычной, и она даже вроде бы отвечает ему взаимностью, но в конечном итоге, когда приходит время выбора, она предпочитает его богатого и тоже влюблённого в неё родственника. Молодой человек расстраивается, но не подаёт виду (или я ошибаюсь, и Айзенберг просто не умеет играть любовные страдания?), уезжает домой и вскоре женится на другой красивой девушке, с тем же именем, что характерно. Живут они долго и несчастливо (я имею в виду изначальных молодых людей), при этом вроде бы как и счастливо. То есть, у обоих как бы замечательные браки, но как бы сердцу не хочется покоя, и они туманными глазами смотрят в туман. Возможно, умирают в один день, так далеко в их биографии Аллен не углубляется. Вокруг них крутится мир Голливуда, происходят бесконечные нейм-дроппинги, тут же орудуют гангстеры, сухой закон, правда, почему-то обойдён стороной, а между тем, это вроде бы самый его расцвет (хотя наверняка найдутся умные люди, которые поправят меня с хронологией), а они всё смотрят туманными глазами в туман и не могут угомониться. 

И вроде бы не совершают они ничего предосудительного, вроде бы продолжают оба оставаться примерными семьянинами, но вот как-то не всё ладно в датском королевстве.

Короче, кино про то, что настоящая любовь даётся человеку один раз и прожить её надо так, чтобы, дальше каждый может подставить кому что заблагорассудится. То ли маэстро стал на старости лет сентиментален, то ли хотел сказать что-то более оригинальное, да не получилось, при таком количестве фильмов могут быть и некоторые проходные. К плюсам истории можно отнести то, что оба фигуранта умопомрачительного (ну как умопомрачительного? Довольно рационального, на самом-то деле) романа – люди вполне состоявшиеся. Никто из них не уходит в запой, никто из них не чахнет от несчастной любви, никто из них не умирает в нищете под забором. У них, повторюсь, всё хорошо, но как бы не всё хорошо. Жизненно? Жизненно. Сколько угодно таких ситуаций вокруг. Эта самая любовь не является, складывается ощущение, для них в жизни самой важной вещью номер один. Приятное дополнение ко всем уже полученным бонусам, не более того. Но всё-таки без неё что-то не клеится, и остаётся смотреть туманными глазами в туман. Если ироничность автора, которую мы так ценим, кроется именно в этом, то он опять молодец. Хотя у Вуди Аллена бывали фильмы и получше. Только наша личная любовь к Джесси Айзенбергу и красивым девушкам мешает нам однозначно признать это произведение искусства провалом мастера. Что называется, посмотреть на один раз, подумать о своей поломатой жизни, выпить винишка и поскакать домой, выветрив из головы память об этом кино. Не специально, само выветривается. Вот сейчас точку поставлю и забуду.     

Нескончаемые ворота Расёмон, или Пожилой человек, знающий толк в извращениях

П.И.Филимонов

Трудно сказать, кто именно изобрёл такую подачу истории. Точнее сказать, можно изучить этот вопрос, залезть в Википедию и прочие источники, но нам, понятно, всё это проделывать лень. Навскидку же я помню, что первый раз такой приём использовал Акира Куросава в знаковом для многих видов искусств фильме «Ворота Расёмон». Притом я опять же не помню, взял ли он этот приём из Акутагавинского первоисточника или придумал сам. Суть метода заключается в том, что одна и та же история преподносится зрителю с нескольких (обычно, трёх) разных точек зрения. Благодаря чему история поворачивается к нам новыми гранями и подробностями. В течение фильма мы видим одну и ту же историю три или более раз, и каждый раз сюжет выворачивается на новую изнанку. Положительные герои становятся отрицательными, отрицательные положительными, совы кажутся воробьями, и всё встаёт с ног на голову. Отчего-то азиатские кинематографисты особенно любят этот приём. Вот и новый фильм Парк Чан Вука, которого продвинутая часть синефилов называет Пак Чхан Уком (я уж по-старинке, мне так удобнее), под названием «Служанка», построен по тому же принципу. Вообще, «Служанка» кажется оммажем классикам японского кинематографа со стороны классика кинематографа корейского. Наряду с уже упоминавшимся Куросавой, мне показалось, что Парк Чан Вук ещё и делает реверансы в сторону Такаси Миикэ с его любовью к натуралистическим, гипернатуралистическим и, скажем, антигуманным подробностям общения человеческих индивидуумов между собой. Несмотря на не слишком большие соответствия в сюжете «Кинопроба», например, вспомнилась сразу.

Фильм, разумеется, о любви. О настоящей дружбе и немножко о том, как пауэр-пафф-гёрлз победили очередных драконов, негодяев и прочую нечисть. Но фильм и, например, о книгах. Не совсем о литературе, потому что все эти книги – эротического и порнографического содержания, но тем не менее, Парк Чон Вук показывает, что влияние искусства на неокрепший (или, как в данном случае, перезревший разум) может быть и губительным. (Тут вспомнился "Интимный дневник" Гринуэя, но это так, горе от ума).  И о любви к деньгам, которая классически никого ещё ни до чего хорошего не доводила. В каком-то смысле очень гуманистический фильм. Героини выносят всё и широкую ясную грудью дорогу пролагают себе только тогда, когда осознают, что главное в жизни – всё-таки любовь, а не всякие остальные ухищрения и прибамбасы. С ними нельзя не согласиться. А весь антураж, все те жестокости и натурализм, который окружает эту сложнозакрученную, но, с точки зрения месседжа, простую, как цветок папоротника, историю, призван, как мне кажется, оттенить, дополнить, красиво подсветить и орнаментировать сообщение автора зрителям. Слишком было бы большими поддавками со стороны режиссёра, если бы ещё и сюжет был простой и ровный.

Словом, это – хорошее кино. Самое главное, с неожиданными поворотами сюжета, за что мы его так всегда ценим. И со всей азиатской кровожадностью и расчленёнкой, которую мы, обратно, так любим.

Да, скифы мы, чего с нас там взять. Так и Парк Чан Вук тем более – тот ещё скиф. Впрочем, впечатлительным людям, наверное, всё-таки не стоит отправляться в кинотеатр на просмотр этого во всех отношениях достойного творения мастера. Будете ругаться потом, а в главное не воткнёте. А оно нам надо? Нам оно не надо. Мы здесь для того и посажены, чтобы вы, наши уважаемые читатели, именно что втыкали в главное. А главное – это любовь, повторюсь. Ну, и умение смотреть на вещи под разным углом. Незаменимые навыки в жизни, что один, что второй. Практическая польза «Служанки» тоже не поддаётся описанию.    

Как пойти туда, не знаю, куда, и принести то, не знаю, что. Практическое руководство.

Как пойти туда, не знаю, куда, и принести то, не знаю, что. Практическое руководство.

П.И.Филимонов

«Мимозы» (Испания-Марокко-Франция-Катар), режиссёр Оливье Лакс

Очевидно, если поймать режиссёра Оливье Лакса и как-нибудь с пристрастием его пытать, он сможет всё рассказать и объяснить. Потому что он совершенно точно что-то да имеет в виду. Под всей этой глубокосмысленностью явно что-то скрывается. И он знает, кому, как не ему. У меня целый ряд вопросов к автору. Что означают те три части, на которые разбит фильм, и как коррелирует их название с происходящим на экране. Кто и откуда этот маленький, фальцетный человек, весь фильм отчаянно напоминавший мне российского актёра Антона Шагина в любой из ролей – столько же истерики, ничем не мотивированных жестов и какого-сто странного при всём при этом отрицательного обаяния, приковывающего к нему взгляд. И самое главное – почему фильм называется «Мимозы»?  Какие мимозы? Куда мимозы? Откуда мимозы? В каком месте мимозы?

Я почему спрашиваю? Я сам очень люблю озаглавливать свои художественные тексты ассоциативно, таким образом, что это название в связи с этим текстом что-либо говорит только лишь мне одному. Подозреваю, что у Оливье Лакса с этим фильмом дело обстоит точно так же. Но я всегда могу объяснить, если меня попросить, всю ту сложную цепочку ассоциаций, которые привели меня к этому названию. Как бы выведать это у Оливье, неизвестно.

О том, что в этом фильме сложилось. В смысле паззла. Это совершенно точно роуд-муви. Арабский, мусульманский, суфийский (исключительно из аннотации черпаю это последнее знание) роуд-муви. Потому, что он мусульманский и суфийский, возможно, нам, простым европейцам, и не понять, куда они двигаются и зачем. То есть, на протяжении определённой части фильма, с этим вопросов не возникает, их цель многократно проговаривается, и выглядит вполне внятной. Подходяще для мистического роуд-муви. Маленькая проблемка возникает только тогда, когда эта цель – достойно похоронить достойного человека у него на родине – в силу некоторых сюжетных перипетий рассасывается, как говорил Анатолий Михайлович Кашпировский, сама собой. Оставшихся в живых героев это ничуть не смущает, они продолжают двигаться. С этого момента становится особенно непонятно, куда и зачем. Меняется иерархия персонажей –  что, кажется, играет какую-то роль в том, что нам собирался сказать Лакс. Шагиноподобный Шакиб Бен Омар, которого до этого ни попутчики, ни зрители не воспринимали всерьёз, вдруг как-то резко оказывается на вершине нравственной (?) пирамиды и оттуда сверху учит харизматичного до этого момента Ахмеда жить. Причём тот подчиняется, осознавая, видимо, порочность своего поведения в ответственный момент.

Хотя, ну опять же – ну а как должен был повести себя нормальный человек? Броситься с голыми руками против огнестрельного оружия? Сам погибай, а товарища выручай? Да, но возможно ли было выручить товарищей в той ситуации в принципе? Скорее, нет. Пуля всегда двигается быстрее человека.

Природа красивая. Вот что да, то да. Картинка этой бесконечной пустыни, по которой двигаются персонажи фильма в разных составах в разное его время – умиротворяет. Вроде бы ничего, кроме камней, песка, гор и отдельно попадающихся ручьёв, но как-то что-то всколыхивается в глубинах даже северного организма. Может быть, и это тоже относится к числу посылов Оливье Лакса? Природа вечна, человек бренен, в движенье мельник жизнь ведёт, в движеенье… как-то так, что ли?

С точки зрения практического знания фильм обогащает информацией о том, что самый простой способ преодолеть пустыню – это такси.

А мне, неуклонно проповедующему кинематограф, в основе которого, прежде всего, лежит внятная история, приходится в очередной раз констатировать провал своей системы восприятия перед так называемым «поэтическим кино». Поэзию, хочется перефразировать ещё одного классика, оставь Елизавете.

Уроки человекоедения

Уроки человекоедения

Мария Репсон

На премьере в Каннах первые «бу», говорят, раздались еще на стадии титров. Буканье в переводе с каннского языка означает тотальное неприятие. И это несмотря на то, что многие критики называют Рефна новым Триером или даже Линчем.

Я не успела осознать, когда же выросла до такой степени, что мне спокойно продали билет на «Неонового демона». И, ей-богу, лучше бы не вырастала. Ну или почитала бы заранее аннотации к фильму, чтобы на него все-таки не ходить.

После недавно вышедшего на экраны эстонских кинотеатров французского фильма «В тихом омуте» (режиссер Брюно Дюмон) я с большой осторожностью отношусь к фразе «наслаждение для эстета»: невзирая на всю эстетику, созданную непревзойденной актерской игрой, отсутствием проходных лиц в кастинге и красивую съемку, наслаждение сводится на нет отсутствием какого-либо видимого смысла в картине.

К слову, последние изыски киноиндустрии, анонсированные как «наслаждение для эстета», частенько содержат в себе сцены каннибализма или невнятные кунштюки с полом и сексуальностью – то девочка мальчиком окажется, причем не стопроцентно (см. фильм «В тихом омуте»), то «Неоновый демон» покажется режиссеру неполноценным без однополой любви и некрофилии. В таких условиях жалеть о том, что я не эстет... Я – не жалею.

Понятие «красота» многогранно, конечно, но давайте будем честными и не станем подшивать его ко всему подряд, не всё на этом свете красиво, не всё стоит показывать на большом экране (по крайней мере, если за этим нет великого смысла).

Николас Рефн снимал очень и очень успешные картины – «Драйв» (2011), например, или «Только Бог простит» (2013). «Неоновый демон» выдержан в новой для режиссера манере: атмосфернейший саундтрек, искусная съемка, безукоризненная картинка – и всего этого больше, чем смысла, всё это – перевешивает. Присовокупите к вышеуказанному довольно дешевые, на мой взгляд, трюки, чтобы шокировать зрителя (а именно: лесбиянки, некрофилия, каннибализм) – и, возможно, поймете, почему я не особенно восторгаюсь этим фильмом.

Сюжет «Неонового демона» крутится вокруг молоденькой ангельской внешности девушки Джесси (Эль Феннинг), приехавшей в Лос-Анджелес вскармливать возможностями большого города свой карьерный рост.

При этом кино не про тернии, а про звезды, потому что у Джесси все получается поразительно быстро: очарованные ее молочной, естественной красотой модные фотографы, агенты, дизайнеры с готовностью распахивают перед ней свои двери, что не может не вызвать оглушительной зависти у прочих девушек, варящихся в соку шоу-бизнеса.

Одна из завистниц Джесси, Джиджи (Белла Хиткот), по которой нож пластического хирурга явно плясал как безумный, никак не может поверить, что та ничего над собой не учиняла, чтобы пленять окружающих, и считает, что ее, Джиджи, деланная красота себя оправдывает. И автор, Николас Рефн, вероятно, считает, что деланная красота оправдывает его фильм.

Нет, в самом деле, синтетический саундтрек, звучащий на протяжении всей картины, замечательно передает неестественность – как и излишняя яркость, пластик, неон, глянец, вспышки. Талантливо, что сказать.

Нет, в самом деле, психоделично-цветастые кадры и демонически завораживающая атмосфера отлично раскрывают название фильма. Красиво и умело.

Нет, в самом деле, если Рефн заставил меня посмот-реть на увеселения лесбиянки-некрофилки и ее подружек, не гнушающихся купаться в крови девственниц, только для того, чтобы я увидела, «на что люди идут из зависти и ради красоты», что «пластика не фантастика»...

Тогда я приветственным взмахом руки встречаю Господина Клише в его лице и благодарю его за такую «не-очевидную» истину. Спасибо, говорю я, это того не стоило. Если я хочу красивой картинки, я иду в галерею. Если я хочу смотреть шоу, я иду в цирк. Кино может совмещать в себе то и другое, но чтобы быть хорошим, ему нужна история.

У «Неонового демона» история есть, однако она безнадежно испоганена сюжетными выкрутасами в погоне за шоком и оригинальностью, без которых не будет «изюминки» или «авторского мессиджа».

Если автору не о чем говорить безо всякой гадости, если работа зрелищно от этого проигрывает, а кроме зрелища брать нечем, то, может, тогда и говорить не надо? Любить и понимать Рефна непросто. Возможно, я вернусь к нему чуть позднее.
----------------

«Неоновый демон»

Режиссер Николас Виндинг Рефн

Композитор: Клифф Мартинез

В ролях: Эль Феннинг, Карл Глусман, Джена Мэлоун, Белла Хиткот, Эбби Ли и др.

Драма/триллер


Франция, Дания, США, 2016

Скромное обаяние каннибализма

Скромное обаяние каннибализма

П.И.Филимонов

Много раз замечал, что вещи и события серийны. Если что-то внезапное случается один раз, оно непременно практически сразу же случится и во второй раз. Потом может подотпустить, но парные выступления – почти обязательны. Касается это как приятных вещей, так и, к сожалению, не слишком приятных. На кино, а точнее, на работу прокатчиков, как выяснилось, правило тоже вполне себе распространяется. Так получилось, что в июле на экраны страны вышло аж целых два фильма про каннибалов. Про первый из них – «В тихом омуте» -Киноптикум писал не так давно, сейчас о втором. Второй из них – это американский фильм датского режиссёра Николаса Виндинга Рефна «Неоновый демон». И в том, и в другом фильме каннибализм не является тем фокусом, вокруг которого всё вертится, но, если в «Тихом омуте» он и вовсе служил просто как бы прикладным описанием и характеристикой действовавшего там семейства собирателей мидий, то в «Неоновом демоне» он всё-таки изрядным образом является сюжетообразующим ядром. Надеюсь, что не проспойлерил, потому что он там довольно глубоко закопан и вылезает на поверхность не сразу.

И хватит о каннибализме, хотя тема, безусловно, актуальная и животрепещущая.

Теперь поговорим о другом. Поспорим о женской красоте, как бы безнадёжно это ни звучало. Вот лично я не считаю исполнительницу главной роли в «Неоновом демоне» Эль Фэннинг шибко красивой актрисой. Ещё когда её нашёл там, где он всегда их находит, нестареющий маэстро Вуди Аллен, и сделал её очередной своей музой, ещё и тогда я про себя подумал, что за дурнушку он на этот раз откопал. Обаятельную дурнушку, не спорю. Талантливую в актёрском смысле дурнушку, не спорю. Но дурнушку. Впрочем, это, конечно, мой личный вкус. Мне вообще блондинки не шибко нравятся. Whatever. Замут же «Неонового демона», главная загогулина, из которой проистекает всё следующее и последующее, заключается именно в посыле о том, что героиня Эль – безумно красива. Красива, естественна (с чем я, как раз, согласен), божественна, не-от-мира-сегошна. Насколько быстро она пробивает себе все дороги и открывает себе все двери в жестоком модельном бизнесе, настолько же стремительно и становится объектом зависти своих коллег-сомоделей. И, по большому счёту, единственная глобальная моя лично претензия к этому фильму в том, что именно в это как раз и не верится. Я не вижу, чем Эль Фэннинг прекраснее злых сватий-бабарих, объявивших на неё охоту. Ну ладно, одна из них напрямую сообщает собеседникам и зрителям обо всех своих пластических операциях, которые были призваны сделать её лучше, ну так и что. Издержки производства, так поступают все женщины, кози фан тутти, мы всё понимаем. Не хуже она. Можно даже сказать обратное – что одним даётся колоссальным трудом над собой, прохождением через боль, пот, кровь и слёзы, то другие получают с рождения и просто нежно перепархивают с цветка на цветок, собирая нектар и прочие финансовые ингредиенты. Каждому своё.

Так что примем удивительную красоту Эль Фэннинг за условность, сделаем это допущение, необходимое для нормального восприятия этого фильма. И тогда наступит праздник глаза и уха. Фильм безумно красив. Чисто визуально. Кадры выстроены, иногда, кажется, даже с пренебрежением к развитию сюжета, красота картинки волнует Виндинга Рефна не в пример больше. И он, наверное, прав. Фильм о дьявольской природе красоты и должен быть дьявольски красив сам по себе. Тогда метафора считывается легче и, что, опять-таки в свете этого фильма важно, естественнее. Плюс саундтрек, отвечающий за атмосферку. В общем, если вы любите стильно-красиво- вычурное, а при этом ещё и с кровищей и прочими извращениями – это для вас. Что-то типа Дэвида Линча лайтс, как мне казалось на всём протяжении просмотра. Положительное отличие от Линча – кристально понятная история, которую можно внятно пересказать. Отрицательное отличие – Рефн не заходит в область нечеловеческую, в область чистой мистики, его зло – оно всё в людях. Красота – это страшная сила. В этом фильме страшная в самом натуральном смысле этого слова. Как страшно жить, вот это всё. Жестокий мир модельного бизнеса. Ну и плюс какая-то часть злодеев будет наказана по заслугам. Хотя не все, что тоже важно и жизненно. В общем, я рекомендую. Стильное кино.