Игры на грани фактологии

 

Игры на грани фактологии («Нюрнберг»/”Nuremberg”, реж. Джеймс Вандербильт, США, 148 мин.)

П.И.Филимонов

«Нюрнберг» - довольно редкий для Голливуда фильм в том смысле, что история, рассказанная в нём, видимо, настолько хорошо известна, что её никак не получается приукрасить, и режиссёру приходится совершать прыжки в рамках указанной фактологии. Ну то есть, я, конечно, не проверял, был ли такой доктор, которого играет Рами Малек – если проверять всё, что нам показывают в историческом (или псевдоисторическом) кино, нужно переходить работать в фактчекеры, или никакой проверялки не хватит – но, допустим, был. Как будто похоже, что авторы фильма провели некое изучение истории, типа, что если все остальные факты более-менее сходятся с конвенциональными историческими свидетельствами, то можно предположить, что и это тоже сходится.

Тем более, что персонаж Рами Малека, поначалу кажущийся каким-то исторически важным и значимым, на поверку играет роль исключительно POV, точки зрения, с которой нам эту историю показывают.

А в центре истории – Нюрнбергский процесс над нацистскими преступниками, из числа тех, кто не сбежал ни в Аргентину, на в Антарктиду, ни на Луну, а дал себя захватить союзникам. Советская сторона обвинения в фильме не представлена – думаю, что причины игнорирования объяснять не нужно, всенародная дрочка на вторую мировую привела именно к тому, к чему она привела. Справедливости ради надо сказать, что и французское, например, участие в процессе в «Нюрнберге» никак не отражено. Мы концентрируемся на американской стороне с лёгкими проблесками британской помощи в самые трудные минуты процесса, что выглядит местами довольно иронично.

Рами Малек играет психолога, которого отправляют в Нюрнберг центральные американские власти с тем, чтобы он разобрался в психологии нацистов, провёл бы с ними сеансы бесед и объяснил бы популярно, как они докатились до жизни такой.

Дальше наверное идёт допущение – персонаж Малека больше всех увлекается самой крупной фигурой из возможных представленных – Германом Герингом, которого почему-то считали тогда вторым человеком Третьего рейха после Гитлера. А может, и не почему-то, может, так оно на самом деле и было. Значительная часть фильма посвящена психологическому поединку между Герингом, который, разумеется, до конца не верит в вероятный исход всего мероприятия – и его психологом. В силу ли того, что Геринг всё-таки долго был у власти, умеет общаться с народом, умеет быть харизматичным и умеет нравиться, или того, что роль его играет Рассел Кроу, он поневоле вызывает у доктора симпатию.

Которая потом всё-таки проходит. Проходит несколько парадоксальным образом – как будто создатели фильма не до конца определились, показывать ли им Геринга как существо, в котором сохранилось что-то человеческое, и тем именно доктору интересное, либо он всё-таки не больше, чем зверь, выходящий из моря. На этой неопределённости всё и заканчивается, потому что Нюрнбергский процесс подходит к концу, и там опять всё известно, и ничего другого придумать нельзя.

Геринг обманывает судей, как он и предрекал в начале фильма, персонаж Малека в историю не входит почти никак, Северная Корея выигрывает у Бразилии в футбол, мы пишем стихи после Освенцима. Всё хорошо.